Периодичность эпидемий

Учение об эпидемии и движущих силах эпидемического процесса

Речь может идти о двух видах периодичности эпидемий: а) сезонной цикличности их течения (на протяжении года) и б) закономерной смене подъемов и снижений заболеваемости, систематически повторяющихся в пределах более или менее одинаковых отрезков времени, превышающих годичный срок.

Первый тип периодичности или сезонность эпидемий не вызывает никаких сомнений для ряда инфекций. Природа сезонности заболеваемости малярией, сыпным тифом, паппатачи и брюшным тифом не может вызывать никаких сомнений. Все четыре инфекции передаются исключительно или в значительной степени живыми членистоногими переносчиками, биология размножения ; которых вполне ясна. Комары, москиты и мухи для умеренного климата могут играть роль только летом, а поэтому и передаваемые ими болезни (малярия, паппатачи, брюшной тиф) обладают летним подъемом; наилучшие условия для заражения вошью, размножающейся круглый год, бывают зимой (более теплая одежда, меньшая подвижность человека), в соответствии с чем сыпной тиф достигает максимума в конце зимнего сезона.
Таким образом, выраженной сезонностью обладают все болезни, которые передаются членистоногими, поскольку активность последних зависит от сезонов года. Но и зоонозы, передающиеся человеку с помощью других механизмов (например, лептоспирозы), также в большинстве случаев обнаруживают заметную сезонность своего развития. Она зависит от сезонных изменений в образе жизни, питании и прочих соответствующих животных, а это либо влечет за собой сезонное же распространение среди них эпизоотий, либо обусловливает различные формы общения человека с животными.

Время заражения хроническими инфекциями устанавливается обычно с трудом. Поэтому данные о сезонности этих инфекций менее наглядны. Но там, где сезонность этих инфекций все же отмечается, связь ее с механизмом заражения (бытовой фактор) выступает более или менее рельефно. Так, например, заражение чесоткой зимой совершается легче и чаще, чем летом.

Для инфекций дыхательных путей вопрос о сезонности представляется наименее разработанным, однако большинство данных говорит о большем распространении этих инфекций зимой. Вероятнее всего, что причина этого лежит в условиях жизни населения в холодное время года, облегчающих передачу инфекции капельным путем. Так, обычное повышение заболеваемости скарлатиной и дифтерией в сентябре-октябре ставят в зависимость от начала массового общения детей в школах и других детских учреждениях после летних каникул.

Во всяком случае, анализ различных проявлений сезонности в ходе эпидемического процесса и ее причин приводит нас к общему выводу, что доминирующей (если не единственной) причиной сезонных повышений является активирование в определенные сезоны года тех или иных факторов, осуществляющих передачу заразного начала.
Для многих инфекционных болезней сезонность является одним из наиболее характерных эпидемиологических признаков.

Второй тип периодичности, охватывающей цикл в несколько лет, в пределах которого наступает резкий эпидемический подъем, сменяющийся затем низким уровнем заболеваемости, до сих пор нередко служит предметом ожесточенных споров. Однако нам кажется, что вопрос этот совершенно ясен и с точки зрения оценки фактического материала, и с точки зрения исчерпывающего объяснения наблюдаемых закономерностей, и, наконец, с точки зрения объяснения мотивов спора. Во многих случаях периодические колебания в ходе эпидемического процесса представляют совершенно бесспорное явление. Во всех случаях дело касается инфекций дыхательных путей (оспа, корь, коклюш, скарлатина); аналогичную картину дают и периодические смены повышений и снижений заболеваемости дифтерией, гриппом, цереброспинальным менингитом и т. д. При этом обычно максимальный подъем превышает минимальный уровень «благополучного» периода не более чем в два-три раза, наиболее резкие различия между крайними точками наблюдаются при гриппе (иногда в 20-30 и более раз).

Механизм этого явления целиком зависит от способа передачи заразного начала, свойственного инфекциям дыхательных путей. Представим себе человеческое население, способное болеть той или иной инфекцией дыхательных путей (т. е. не состоящее полностью из субъектов, иммунных к ней). Появление в его среде источника инфекции, благодаря легкости передачи заразного начала, неизбежно вызовет массовые заболевания восприимчивых субъектов. Число источников инфекции при этом увеличится, и вероятность заражения для остального населения возрастет. Упоминавшиеся примеры распространения гриппа, кори (случай на Фаррерских островах) и т. п. среди восприимчивого (в большинстве или сплошь) населения показывают, что охват всего населения заболеваниями в зависимости от длины инкубационного периода, размера населенного пункта, формы общения между жителями и пр., потребует от одного до нескольких месяцев. Наличие в населении значительной части иммунных субъектов, конечно, на процесс распространения заразного начала прямо не повлияет, но заболевать при этом, естественно, будут только восприимчивые. Необходимо еще раз подчеркнуть, что так будет развиваться эпидемический процесс только при инфекциях дыхательных путей, ибо появление в среде описываемого населения больного трахомой, брюшным или сыпным тифом даже при наилучших условиях распространения инфекции ничего подобного изображаемой картине не даст.

В разбираемом нами случае массовая заболеваемость вскоре должна неминуемо пойти на убыль, так как наступит момент, когда большинство восприимчивых субъектов, переболев, станет иммунным. В результате этого «восприимчивое население становится настолько редким, что болезнь распространяется теперь с трудом или вовсе не распространяется» (Сталлибрасс). И действительно, в небольшом по численности человеческом коллективе (сельские населенные пункты, отдельные общежития и пр.) обычно после прошедшей эпидемии наступает полное благополучие и появление новых заболеваний оказывается возможным лишь при заносе инфекции со стороны и при наличии восприимчивых лиц. В крупных же городах, насчитывающих десятки, а тем более многие сотни тысяч населения, восприимчивые люди всегда имеются, а общение между людьми идет настолько интенсивно, что заболевания поддерживаются в виде непрерывной цепи немногочисленных заболеваний.

В населении в это время идет процесс накопления новых восприимчивых индивидуумов за счет утраты недавно приобретенного иммунитета (грипп) или, чаще, за счет нарождения нового поколения. Теоретически можно себе представить такое усиленное перемешивание населения, при котором каждый вновь появившийся восприимчивый субъект сейчас же вовлекается в эпидемический процесс. В действительности такого уравнения заболеваемости не бывает даже в больших городах, хотя в последних периодичность подъемов и снижений безусловно выражена гораздо слабее, чем в мелких населенных пунктах. Длина интервала между подъемами зависит также и от быстроты добавления свежего восприимчивого населения (например, от уровня рождаемости). Между тем, пока заболеваемость выражена еще слабо, восприимчивые субъекты все более и более густо вкрапливаются в иммунное население, и, наконец, возникает новый эпидемический подъем.

В мелких же населенных пунктах накопление восприимчивого населения само по себе не влечет за собой нового взрыва через определенный срок, так как для этого необходим еще один отсутствующий здесь агент эпидемического процесса — источник инфекции, появление которого в течение того или иного срока зависит от элемента случайности. При массовости этого явления оно также укладывается в известные статистические закономерности массовых явлений. Но иногда приходится наблюдать случаи, когда какая-либо из интересующих нас инфекций не посещает населенный пункт 5, 7, 10 и более лет.

«Тараканы
Обязательные условия возникновения эпидемии»



Powered by CWC